lllytnik: (munk-2)
мы ждали этого лет пятнадцать
с тех пор как начали разминаться
с тех пор как каждый
обзавёлся е-мейлом
е-мейл не лучше послания мелом
на асфальте
прошел дождь
и всё и букв не найдешь

дэвида брина приводя в пример
мы ждали но не принимали мер
на форумах
потом в блогах
потом в соцсетях
остервенело переливали страх
в чудовищно остроумные
язвительные эссе

о том как исчезнем все

выглядит и правда тупо и странно
убогие вцепились в свои экраны
сидят
горбятся
клавишами цок-цок
нет бы ближнего добивать в висок
нет бы ближнего целовать в висок
нет бы свергнуть тиранию вымыть посуду
выдолбить лодку побывать всюду

так и сидели бы
спина колесом плоский зад
пальцы не разгибаются
а глаза
красные слезящиеся под каждым чирей

но нас спасли отключили
и разлучили

ну расскажи теперь
как мы были родными
я даже не знаю твое настоящее имя
знаю только
что ленишься расставлять запятые
не разбавляешь чай ждешь пока остынет

ставишь кучу смайлов одного не хватает
передать как все дымится и тает
когда улыбаешься там
на том берегу текста

было сто друзей и следа не найдешь
тех ста

вот пишу тебе на бумаге
пишу в пустоту
на заглавных мизинец тянется к шифту
и ручка падает
потому тут только строчные

вот и всё пора отправлять
посмеялись поныли
рисую в углу кнопку [save]
нервно жму на неё раз шесть
кнопки отмены нет
а лишние строки есть
густо закрашиваю
но всё-таки можно прочесть

[неправда что мы исчезли совсем
я дышу я есть до сих пор
я набор бесполезных знаков
зато красивый набор]

раньше это письмо нашло бы тебя
за секунду максимум две
а до этого за полдня я отправил ящик проверь
а ещё пораньше за месяц или сколько идут поезда
а до этого шло бы год

вот теперь совсем как тогда

я складываю лист пополам
прощай встречает привет
потом ещё и ещё и ещё
чтобы влезло в конверт
ну как конверт просто пачка
из-под сигарет житан
такие курили мы
оставшиеся там
где в мертвых логах плачут хохочут
оставленные одни
аскорбинки
рассыпанные перед каждым
здравствуй
после каждого
извини

=======
И прекрасный перевод Евгении Алексеевой, https://thyme-for-love.dreamwidth.org/
english )

* * *

Dec. 18th, 2014 02:39 am
lllytnik: (munk-2)
когда он молил о чуде
неистово
горячо
согнувшись
припав
к холодной стене плечом
он представлял
что разом уйдет война
представлял что найдутся
Женёк
Игорёк
Ренат

разрешал благосклонно
не вешать им всем ордена
а просто домой
представлял
как обнимет жена
будет плакать
пока он ест
а потом
они

когда он молил о чуде
он думал
вся эта пакость обречена

а утром случилось чудо
в ноябрьской полутьме
из рваных ран облаков
как теплый лазурный снег
посыпались незабудки
и падали десять дней
бессмысленные и глупые
детских ресниц
нежней

укрыли измученный город
забили собой стволы
орудий
текли вдоль улиц
как реки синей смолы
касались остывших щек
и рук
и открытых глаз
неслись бирюзовым вихрем
кружились

потом за час
увяли
впитали серый
и скоро сошли на нет
а мир наступил
конечно

еще через пару лет

eng )

* * *

Dec. 1st, 2014 12:50 am
lllytnik: (munk-2)
Раз открыл — читай.
Прочитал — поверь.
Дома будешь спорить и пререкаться.

Старый негр портье открывает дверь
пожилому афроамериканцу.
Полувзгляд, кивок, пять шагов к двери -
сложно выдумать сцену
скучней, чем эта.
Первый часто, выпивши, говорит:
сам ты ниггер, брат, я швейцар вообще-то.
Но сейчас он трезв.
А второй из двух —
нет, совсем не выглядит виновато -
он о чем-то думает,
но не вслух.
Думать вслух запрещают законы штата.

Смерть придет к ним шлюхой,
крутя серьгу
в нежном ухе,
кривляясь, как обезьянка,
розовая только в районе губ,
там, где черный вывернут наизнанку.
Соблазнит их,
каждого в свой черед,
улыбнется хищно, прогнется томно,
поцелует жадно и уведет
в жирный красный свет
своего притона.

Это то единственное, о чем
правда стоит думать, ища различий.
Нас с тобой проткнет и уволочет -
в тесный домик птичий,
в силок паучий —
та, что с нами нянчилась с малых лет,
поправляла сбитые одеяла.
Потому мы слышали, как в земле
что-то пело, хныкало, причитало.
Потому ты мчишься на каждый звук,
как малыш в продленке —
не за тобой ли?
Потому я слышу, когда зовут,
и ловлю на сердце чужие боли,
как на голый провод — нездешний треск,
голоса Америк, пришельцев, духов.
В общем, наша — просто придет
и съест.
Лучше бы, ей богу,
явилась шлюхой.
lllytnik: (munk)
Раз в пару лет меня разбирает.
До этого были городские, про интернет и слова и транслит-хокку.

***

эти таблетки
практически безопасны
только вот зубы


ты убедился
что хорошо его запер?
что там за шум в при


вы не могли бы
четче произнести вслух
приглашение


мне показалось
здесь что-то есть в подвале
ой оно шеве


не бойся меня
где твои мама и папа?
эй что ты дела


да ладно тебе
это детские сказки
давай откроем

Б

Jun. 23rd, 2013 11:19 pm
lllytnik: (munk)


Баньши поёт в фолк-группе грустные песни.
Говорят, что нет ничего чудесней,
говорят, это лучше
любых концертов и оперетт.
Просто вот услышать -- и умереть.

А

May. 21st, 2013 10:36 am
lllytnik: (munk)


Ржавчину на обшивке нашел андроид,
ржавчина андроида беспокоит.
"Не нужно переживать", - говорит жена, -
"это благородная рыжина!"
lllytnik: (munk)
Вообще-то на осмотр звали только старшего, но младший не давал себя увести, так что усталой нянечке пришлось тащить в кабинет обоих. Теперь они стоят посреди комнаты, младший обеими руками вцепился в предплечье старшего, старший смотрит в пол и слегка покачивается.
«Тебе нужно раздеться» - подсказывает врач, и уточняет, обращаясь к няне – «он может сам раздеться?». Вместо ответа она подходит, присаживается на корточки и начинает как-то нервно стягивать со старшего водолазку. Старший не помогает и не сопротивляется, правая рука выпадает из рукава, как шланг. Левую держит младший, вместе с рукавом. Нянечка пытается разогнуть младшему пальцы, отодвигает его в сторону плечом. Тот вцепляется в плечо зубами. Нянечка взвизгивает, отбегает к стене и начинает плакать. «Вот видите» - причитает она, утирая платком мгновенно покрасневший нос, - «месяц уже они так, никакого прогресса». «Понятно», - выдыхает врач и смотрит на двоих с интересом. Младший по-прежнему держит старшего за руку, но теперь его пальцы ритмично сжимаются, так, что это напоминает сердечные сокращения. Врач ждёт. Старший вдруг поворачивается к младшему, кладёт свободную руку ему на глаза и осторожно целует в висок, не целует даже, прикасается губами и носом на мгновение. Младший разжимает пальцы, отходит к стене и взбирается с ногами на стул. Рука старшего в бордовых полосках. «Синяк будет огромный, с комиссией объясняться» - машинально думает врач. И ещё он думает: «Ого».

«А они вообще говорят?» - спрашивает врач воспитателя четыре часа спустя, задумчиво листая карточки. «Нет. Они и слов не понимают. Тарелку пододвинешь – ест. За руку отведёшь – идёт. А так – вообще никак. Только трогают друг друга всё время, как обезьяны» - на слове «трогают» воспитатель понижает голос, как будто это бранное слово.
Старший и младший сидят на лавочке за дверью. Старший проводит две воображаемые вертикальные полосы на груди младшего, и словами это значило бы «они обсуждают нас». Младший кладёт руку на лиловое предплечье старшего и несколько раз сильно сжимает. Это напоминает сердечные сокращения и означает «мне страшно». Старший высвобождает руку, аккуратно кладёт ладонь младшему на горло, потом пальцами касается его лба. Это означает «ничего не бойся, я же здесь». Потом старший целует младшего в щеку, подбородок и краешек губ. Это означает поцелуй.

«Невероятно», - рассказывает воспитатель за чаем сочувствующей подруге, - «я думала, что эти так с нами и останутся, ну в крайнем случае пятилетнего заберут. А забирают второго, представляешь? Ему восемь уже, не разговаривает, только мычит, учиться толком не может, угрюмый такой, а они говорят, что больше им никого не надо, что они его подымут». «А разве у вас братьев можно разлучать?», - с подозрением спрашивает сочувствующая подруга. «А кто тебе сказал, что они братья?», - удивляется воспитатель.
Старший приходит к младшему перед сном, садится на пол возле кровати. Младший берет ладонь старшего и кладёт к себе на макушку. Это означает «я не смогу без тебя». Старший касается пальцем своего века, потом губ, потом кладёт ладонь младшего к себе на лоб, и это значит «я тоже без тебя не смогу». Младший берёт старшего за руку, за самые кончики пальцев, и отпускает. Это значит «ты-то как раз сможешь». Потом он беззвучно плачет. И это означает плач.

Старшему снится, что он огромный зверь. Он не видит себя, но знает, что он полярный медведь. Чувствует, как под лапами поскрипывает снег, как под тяжелой шкурой перекатываются бугры мышц. Он знает, что всё замерло и затаилось, когда он вышел на берег. Но сейчас он пришёл не охотиться. Он садится у края чёрной воды и начинает ждать.
Плавник показывается над поверхностью и исчезает. Медведь не видит этого, не слышит всплеска, только чувствует холодные брызги на носу. Чувствует, как задышала и заволновалась поверхность воды. Когда белоснежный, фарфоровый кит медленно проплывает мимо, медведь прыгает следом, погружается с головой в ледяную воду и плывёт. Белуха рядом с ним, обгоняет и возвращается, скользит мимо, иногда касаясь боком и плавником медвежьей шкуры. Это означает «я всё ещё здесь».
Старший просыпается взмокший и ледяной, в собственной маленькой комнате, печальной в свете бледного ночника. Вскакивает, не сразу понимает, где очутился. За окном ещё темно. Он стоит и смотрит на улицу, на последние мартовские хлопья снега, даже не падающие вниз, а медленно летящие во все стороны, укутывающие весь мир в тишину и белизну. Замечает своё отражение в стекле: свет ночника выхватывает из темноты одну щеку, половину узкого носа, острый подбородок и некрасивые тонкие губы. Он прикладывает ладонь к стеклу прямо перед собой и падает на тыльную сторону горячим лбом. Это означает «я устал без тебя».
«Ты не заболел, Мишка? Спи давай, в институт же завтра», - сонный женский голос за спиной называет его чужим именем. Настоящее его имя будет так: подышать на раскрытую ладонь, а потом приложить её к животу.
Младший просыпается в тот же час, садится на кровати и прижимается к прохладной стене. Он не открывает глаз, не шумит, не тревожит остальных, только ощупывает длинными пальцами стену, надеясь что-то на ней найти. Находит нужное, прикладывает к нему левую кисть и касается её сначала лбом, а потом щекой. Это означает «всё в порядке, нас невозможно разделить».

Младшему снится, что он огромный зверь. Он плывёт к берегу сквозь бесконечную ледяную бездну, он не видит ни рыб, ни осколков северного солнца на поверхности воды, ни гигантских льдин. Он только чувствует, как дышит и волнуется море. Когда младший доплывает до места, его там никто не ждёт.
Младший просыпается. Он ощупывает сухой морщинистой рукой холодную стену, долго, обстоятельно, с передышками. Не находит того, что искал. Медленно, помогая себе руками, сталкивает с кровати ноги. Встаёт. Преодолевает восемь шагов до балкона. Выходит под холодное апрельское солнце, к нестерпимо острым веткам и запаху мертвой ещё земли. Берёт себя за запястье и сжимает с силой несколько раз. Это напоминает сердечные сокращения. Потом кончиками пальцев он касается собственных висков, век и губ. Обхватывает себя руками и стоит, слегка покачиваясь, улыбаясь беззубой улыбкой, жуткой и прекрасной.
И это означает сразу всё, что у него теперь есть. Страх, нежность и неизбежность.
lllytnik: (munk)
Идут неспешно вдоль ряда, пялятся, выбирают:

-- Смотри, мне такой же надо, как белоснежный, с краю.
-- Да что ты, в нашей грязище? Кто его чистить будет?
Давай попроще отыщем, как приличные люди.
-- Вон серый, простой, немаркий, я о таком мечтаю.
-- А я бы хотела яркий, с веткой ольхи по краю,
как этот, бордовый, глянь-ка, бортик искусно кован.

...А я иду, вот подлянка -- не хочу никакого.

Мне чуждо местное братство, знающее порядок
и как здесь куда добраться в лабиринте оградок.
Мне лишь бы слинять скорее, от бесстрастных и вечных
к дурацким своим хореям, хрупкой и хрусткой речи.

Черкать уязвимым близким в холод эти и темень
бессмысленные записки на неважные темы.
lllytnik: (Default)
Я гулял не один, как
все врут про меня. Мой друг --
девочка-невидимка,
что значит "не видно рук,
не видно ушей и носа,
веснушек, гольфиков, кос".

Мы ели с ней абрикосы,
невидимый абрикос
слегка пресноват, что значит
"не кислый, не сладкий, не
солёный". Катали мячик
и строили из камней.

Всё было в полном порядке,
что значит "всё хорошо".

Потом мы играли в прятки,
и я её не нашёл.

Нынче валяюсь дома:
ангина, что значит "жар,
горло болит, и мама,
вздыхает, в руке держа
градусник", а снаружи
ветреный хмурый день.

Кто-то скачет по лужам
(рябь видна на воде) --
кто-то, кого не видно,
очень слышно зато.
Я пирожок с повидлом
прячу в карман пальто.
я наливаю чаю
в термос. Обут. Одет.

Вдруг она там скучает,
а я неизвестно где.

* * *

Sep. 24th, 2012 01:44 am
lllytnik: (Default)
Помнишь ту осень, друг?
Как роса к утру
выпадала стеклом, было зябко
дрова по траве нести.
Руки грелись у костерка,
а вино -- от рук.
Вино скрепляло союзы
и клятвы в верности.

Помнишь, друг, ты просил:
"Если я решу, что пришёл
к свету, к миру с собой,
к мудрости, к равновесию;
если стану публично блеять, как хорошо
гнев свой
собрать и скомкать,
отринуть весь его;
если я буду лить этот елей,
в здравом уме, от своего имени --
не жалей меня, пожалуйста, не жалей.
Пристрели меня".

Ты просил.
Я пришёл.
И не нужно мне тут соплей
про условность, про что ты имел,
а что не имел в виду.
Не сбивайся с ритма,
шагай веселей, смелей.
Я ведь тоже боюсь,
видишь -- бледный как мел иду.

Глубже рой,
становись, дыши. Изучай момент.
Твой биограф мне скажет спасибо,
ты только вдумайся.
Вероятно, я всю свою жизнь
проведу в тюрьме,
но как истинный друг
ради дружбы иду на всё.
lllytnik: (Default)
Падает спрос на календари.
Внимание, оптовики!
Дату напомнит компьютер,
прочее — хлам из детства.

Завтра в метро,
в двенадцать ноль три,
вас разорвёт на куски.
Приносим свои извинения
за причинённые неудобства.

С двадцать второго мая
по пятое сентября
могут быть краткосрочные
отключения разума.

Помните, что, читая
восемь томов подряд,
необходимо закусывать
чем-нибудь одноразовым.

Бодро щебечешь в твиттер?
Просим к нам подойти,
например, в понедельник —
обсудить детали с издателем.

Борис, Александр и Виктор
умерли до тридцати.
А чего ты добился, бездельник?
Чем порадуешь зрителя?
lllytnik: (Default)
Из ста человек, знающих твое имя,
тридцать пишут его неправильно.

Сорок читали только один,
самый твой нелюбимый текст,
написанный в шутку, от скуки.

Он покорил их, они плакали.

Каждый десятый копирует
без первой строки,
или последней строфы.

Или напротив, вместе с какой-то репликой,
не имеющей к остальному отношения.
"Готовила сегодня куриную грудку,
белеет парус одинокий..."

Следующий копирующий уже думает,
что вот это, про грудку - часть текста.

И ничего, ничего в нём не протестует,
не корчится
от лишнего фрагмента,
неуместного и непонятного.

Примерно половина
в принципе не понимает, о чем речь,
не слышит ритма,
не видит рифм, если они сложнее, чем
"сурок-шнурок",
и стоят не в конце строки.

Семеро
обязательно прибегут похвастаться,
что всё поняли,
узнали аллюзию,
оценили шутку.

Удовольствие от ощущения себя понимающим
очень сильное,
его трудно чем-то перебить.

Двадцать любят твой самый страшный,
личный и больной,
потому что он про них.

Они так и говорят: "это про меня".

Нужно сразу смириться:
если ты что-то опубликовал
это действительно уже не про тебя,
а про них.
Хочешь оставить себе –
жми F8, а не "отправить".

Три приличных пожилых дяденьки
пишут отечески:
"Завязывайте с глупостями,
научитесь лучше варить борщ".

Две трети твоих друзей
с ними согласны, но никогда
ничего тебе не говорят.
Потому что вежливые.

Вообще ни один из тех,
кто мог бы сказать осмысленное,
не выдал и слова по делу.

Максимум сдержанное одобрение.
Раз в полгода,
при условии,
что к тексту ещё нет тридцати комментариев,
с которыми стыдно показаться
в одном ряду.

Если тебя знает не сотня, а тысяча,
все цифры следует умножить на десять.
Осознать, что так будет всегда и во всём.
И больше не возвращаться к этому.

Потому что ты всё равно шарлатан,
самозванец и позёр.
Например, эту глупую отповедь
будешь нагло выдавать за стихи.

Потому что главный читатель
умер за два года до выхода книги
и ровно через месяц после первого концерта,
о котором не знал,
оттого что ты трус,
и вообще никогда ему не рассказывал,
что занят такой ерундой.

Всё думал,
сначала добьюсь чего-нибудь,
и вот тогда.

* * *

Feb. 4th, 2012 11:41 pm
lllytnik: (Default)
Пропал человек:
среднего роста,
заурядной внешности,
в джинсу упакованные конечности,
кеды,
вообще одет очень просто.
Глаза серые, волосы тоже,
ни шрамов на коже,
ни других особых примет
нет.

Иногда достает планшет,
набивает столбцы из слов.
Не поэт,
не поёт,
а так – идиот.
Приводите любого
соответствующего описанию –
нам подойдёт.

А того, что исчез,
мы уже и не помним толком.
Может, тексты только.


------------------
Спасибо всем, кто пришел сегодня.
Было уютно.

* * *

Oct. 4th, 2011 09:42 pm
lllytnik: (esher)
Вот так и живут:
болтаясь на общем тросе,
но избегая взглядов, кивков, касаний.
Один никогда не расскажет, если не спросят.
Другой никогда не спросит.
Ждёт, чтобы сами.

* * *

Aug. 9th, 2011 05:47 am
lllytnik: (Default)
Не нужно встречаться.
Правда.
Ты уж поверь.
Мне тяжко даже с собой, ни к чему другие.
Ты как себе это видишь?
Я вижу две
щебечущие за чаем большие гири.

Ты греешь мои кошмарные ноябри
инъекциями эмоций,
цветом акаций.
Но вне наших текстов нам не о чем говорить,
поэтому лучше и не пересекаться.

А байки о том, как время ты коротал
над белой степью листа,
и о том, как стать становится старостью,
и о том, как устал.
О том, как мы дышим в такт и думаем в такт,
мне незачем слушать, брат.
Я знаю и так.
lllytnik: (Default)
Костик

Ветки тополя солнце ранят, небо красным сочится в воду. От канала исходит холод, что-то мутное и сырое.
Константин собирает в ранец спички, комиксы, бутерброды. Он пойдёт на пустырь за школой вербоваться в супергерои.
Папа вечно твердит, что обувь говорит о владельце много: Константин намывает кеды, только б было поменьше луж бы. Небо тихо линяет в кобальт, Константину пора в дорогу. Там, где стелется вдалеке дым, ждёт агент сверхсекретной службы. У агента крутая ксива, кейс с оружием, пропусками, желтоватой жидкостью в шприце (супер что-то там "кат..." для генов). Если в Костике есть сверхсила, сразу станет ясно, какая. Костик хочет потрясно драться. И летать. И глаза с рентгеном.
Во дворе суета и гомон, малышня, старики на лавках, скрип качелей, и нет печалей. Костик тихо крадется мимо. Он бесшумно идёт вдоль дома, как котенок на мягких лапках, представляет себя с плечами, толстой шеей и грозной миной.

Под ногами мерзкая кашица, за спиной громада лицея: особняк с крылатыми гадами, подпирающими колонны. Константин по ухабам тащится и, минутах в пяти от цели, спотыкается, ахает. Падает. Прямо в лужу, плашмя, как клоуны.
"Всё, приехали. И куда теперь ты попрешься -- с такой-то рожей? Человек-из-глины-и-глупости, Гряземэн, Супермокрый Малый. Дуй домой -- там книги, солдатики, тёплый плед. А завтра, быть может... Интересно, мама меня простит?" -- Константин бредёт вдоль канала. Константин проклинает сырость и неуклюжесть свою щенячью. Духи сумерек, злые гремлины провожают его до дома, щепчут вслед "не теряйся, живи, расти", в тень клыкастые морды прячут, ускользают в синь акварельную.

Взрослый с кейсом найдёт другого.

* * *

Jul. 6th, 2011 06:52 pm
lllytnik: (Default)
Если кто-нибудь скажет вдруг,
что однажды увидел свою сестру,
дядю, сына, отца, жену
как какую-то игуану;
скажет, что слышит теперь за версту
рептильного сердца стук;
скажет, что дома страшно ему --
я не буду смеяться.
Я всё пойму.

Эта бездна уже смотрела в меня,
нельзя ничего поменять,
от неё не скрыться,
она догонит.
Скажем, прямо сейчас в вагоне:
я -- глухой заколоченный ящик.
Слева мой друг, давно состоящий
сплошь из выбоин и каверн.
Напротив -- оплывший угрюмый зверь
в висящих ошметках кожи, коры ли...
Стайка бабочек: издалека - узоры на крыльях,
синие жилки, ключицы, тонкие пальцы,
вблизи -- хоботки и жвальца.

Ходя по улицам, не заглядывай в лица,
лучше читать, считать ступени, молиться.
Увидел такое раз -- пропал навсегда.
Вокруг ни единого гуманоида.

* * *

Jan. 29th, 2011 10:36 am
lllytnik: (gogh)
Впервые мы видим его в ночь с шестого на
седьмое. У него бутылка вина,
он неряшлив, пьян, и совсем не нравится нам.

Мы переносимся в детство, где волна солона,
где янтарными брызгами солнца цветет спина.
Или в старость, где сосны, горы и снежный наст,
на тропинке к порогу теплый отсвет окна.

Или в год, когда он успешен, и этим всех доконал.
Он въезжает в дом с видом на Обводной канал.
У него берет интервью центральный канал.
Через год с небольшим умирает его жена.
Через три -- отказывает спина.
Через пять ему уже не верна
ни одна строка, ни одна струна, и его страна
чем-то неизлечимым заражена.

Мы читаем. Рифма одна. Рифма зла, точна;
кроме глинистых ям с промерзшей землей у дна
и тревожного сна ничего не сулит она.

Мы осведомлены -- в этом наша боль и вина.
Мы листаем его, и он перед нами наг.
Правда, нужно признать, есть ещё одна сторона:
мы сейчас говорим про него, а не он -- про нас.
lllytnik: (munk)
BETBb TEPHA B OKHE,
PEKA, APOMAT CEHA...
OTKPblTA PAHA


KOT BOET B TOCKE:
XOPEK B HOPE, COBbl HET,
A BECb KOPM -- TPABA


CTPAHHO, BOPOH HEM,
KAK KAMEHb: HET KAP-KAPA,
HET HEBEPMOPA


BAM KPOBb, HAM - MOPKOBb.
BAM BETEP PBET B MOPE TPOC,
HAM -- CEET BEPECK

* * *

Mar. 21st, 2010 02:11 pm
lllytnik: (munk-2)
Малыш, послушай, что расскажу:
история -- просто жуть.
На черной улице черный дом
под черным московским льдом.

Засов скрежещет, скрипит петля,
большую беду суля.
Выходит на улицу человек
с повязкой на голове.

То Черный Критик, зловещий дух,
гроза сопляков и дур.
Он вечно ходит, приняв сто грамм,
по разным литвечерам.

Его характер -- совсем не мёд.
В руках его пулемёт.
Он сделает из поэта фарш,
как только услышит фальшь.

Бай-бай, малыш, засыпай скорей,
а днем гуляй во дворе,
катайся с горки, ворон гоняй,
но только не сочиняй.

Profile

lllytnik: (Default)
lllytnik

August 2017

S M T W T F S
  123 45
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 23rd, 2017 11:11 am
Powered by Dreamwidth Studios